?

Log in

22 ноя, 2007

If you should go,  you should know that I love you
If you should go,  you should know I'm here

Я и она

 Я радуюсь жизни. 
Она следит. Она выжидает момент, отсчитывает секунды. Она радуется тому, что вот-вот я окажусь в ее лапах.
Я беззаботна. Я даже себе представить не могу, что она где-то рядом. Я не думаю о ней.
Она выглядывает из-за угла. И снова прячется. Ждет. Ждет удобного момента ужалить побольней.
Я иду. Миг - она набрасывается сзади. Накидывает сеть...
Иногда грусть приходит внезапно.

Еще одно "Ха!"

Мне страшно. Я будто в Космосе.

Сто писем - один ответ.
Крик в тишину.

Как-то все не так

Сегодня переводили на английском песню, которую исполянет Dido. By Rufus Wainwright.
I eat Dinner (When the Hunger's Gone). 
Ни разу до этого не слышала. Богатая гармония, стильная песня.

Никогда не думал, что я закончу так
Я, который любит ночь,
Никогда не думал, что буду без твоего поцелуя,
Никто не выключит свет,
Не выключит свет

Смысл в том, что человек сидит на кухне абсолютно один и размышляет о своей жизни. Нет здесь пустых small talks...
 
I who loved the spice
Never thought my hair would turn into grey
I used to so dark, so dark

Вроде все обычно: кухня, остатки ужина, размышления. Он, любящий ночь и острое. Но...
 Песня показалась сюрреалистичной. Очень понравилась.

 Я: Знаешь мне грустно. Грустно осозновать свое одиночество.

Мне не больно

23 октября 14:30. 625 ауд. Чернов. Фильм Алексея Балабанова "Мне не больно". 23 октября - День Рождения Оли. И по странному стечению обстоятельств это ее любимый фильм.
Задело. При чем в самом конце кольнуло и не отпускает. Потому что очень близкое, очень мое.
Мне (не) больно.

Я поняла чего мне хватет: джинсы порезаны, лето, три полоски на кедах. Под теплым дождем.

 Телефонный звонок:
-  Алле, Анечка! Анечка, здравствуй!
-  Это не Анечка. Это Олеся.
-  Ты узнала, кто это звонит.
- Да. Но это не Анечка.
-  Я соскучился...
Как же искренне прозвучали эти два слова. Может, адресованные вовсе не мне, может, наооборот - всей нашей семье в совокупности. Но эти слова задели меня до глубины души, пощекотали... Захотелось переместиться в трубку и обнять этого человека. Может, для этого и стоит жить. Ради таких моментов счастья, когда люди едва дыша, нежно, чуть ли не со слезами на глазах произносят: "Я соскучился..."
Этот легкий шепот, слившийся с шелестом летних деревьев и музыкой Стинга. Все слова кажутся пошлыми рядом с этим ощущением...


Сотни дней, дорог, дверей.
Сотни лиц, имен и слез.
Важно знать мне:
Я всерьез?

Эх, учеба...

Тетенька на  "Орагнизационном поведении" сказала, что харизмой обладают крайне мало людей. Что люди, обладающие харизмой никогда не работают в малой группе. Они поражают своей работой в поистине огромных масштабах. "...и вообще - добавила она - я считаю, что харизмой обладает только Иисус Христос".
Виолетта: "Нет, все же харизматичному  человеку надо на ком-то тренироваться. Вот, например, Иисус! Он же работал в малой группе: у него было 12 апостолов..."
Сегодня на хоз. праве: мужчина мне: "Гы! Вам не хватает 1 балла до аттестации!"
Я: "Может вы дадите мне самостоятельную работу..."
М: "Хм...Что же вам дать..."
Я: "Я согласна на все.." *пауза* (тут я замечаю его ехидную улыбку, странный взгляд...и...) добавляю: "...естественно, в рамках хозяйственного права"

Очень стыдно, но сначала я услышала песню группы Сплин, а потом (то есть сегодня) узнала, что это мой давно (с детства) забытый Владимир Маяковский...
Вместо письма
Дым табачный воздух выел.
Комната -
глава в крученыховском аде.
Вспомни -
за этим окном
впервые
руки твои, исступленный, гладил.
Сегодня сидишь вот,
сердце в железе.
День еще -
выгонишь,
можешь быть, изругав.
В мутной передней долго не влезет
сломанная дрожью рука в рукав.
Выбегу,
тело в улицу брошу я.
Дикий,
обезумлюсь,
отчаяньем иссечась.
Не надо этого,
дорогая,
хорошая,
дай простимся сейчас.
Все равно
любовь моя -
тяжкая гиря ведь -
висит на тебе,
куда ни бежала б.
Дай в последнем крике выреветь
горечь обиженных жалоб.
Если быка трудом уморят -
он уйдет,
разляжется в холодных водах.
Кроме любви твоей,
мне
нету моря,
а у любви твоей и плачем не вымолишь отдых.
Захочет покоя уставший слон -
царственный ляжет в опожаренном песке.
Кроме любви твоей,
мне
нету солнца,
а я и не знаю, где ты и с кем.
Если б так поэта измучила,
он
любимую на деньги б и славу выменял,
а мне
ни один не радостен звон,
кроме звона твоего любимого имени.
И в пролет не брошусь,
и не выпью яда,
и курок не смогу над виском нажать.
Надо мною,
кроме твоего взгляда,
не властно лезвие ни одного ножа.
Завтра забудешь,
что тебя короновал,
что душу цветущую любовью выжег,
и суетных дней взметенный карнавал
растреплет страницы моих книжек...
Слов моих сухие листья ли
заставят остановиться,
жадно дыша?

Дай хоть
последней нежностью выстелить
твой уходящий шаг.
На мой взгляд, это его лучшее стихотворение.
,